В нашей области на каждую тысячу жителей приходится 320 автомобилей. То есть сегодня буквально каждый третий человек в регионе (включая младенцев) – вполне себе водитель. И количество личного транспорта продолжает расти – несмотря на общероссийский тренд, который агитирует граждан чаще пользоваться автобусами, маршрутками, трамваями и троллейбусами.

    Такая статистика неудивительна. Томск стабильно входит в число городов, где сложнее всего жить без машины. И дело не в капризах местных жителей, а в планомерной деградации общественного транспорта. Старожилы еще помнят времена, когда ожидание маршрутки не превышало 3–5 минут. Сегодня эти воспоминания кажутся сюрреализмом.

Реформа пассажирских перевозок, задуманная как упорядочение рынка, обернулась глубоким системным кризисом. Текущая ситуация – уже не сезонные жалобы на холодные остановки, а полноценная транспортная катастрофа.

    Жители Тимирязево и Северного парка, Копылова и Черной Речки, Черемошников и Каштака, Степановки и Южных Ворот рассказывают одну и ту же историю: автобусы приходят реже, графики соблюдаются лишь номинально, а салоны переполнены до такой степени, что обещания властей о комфортной среде разбиваются о суровую реальность.

Картины бедствия

    Жительница переулка Ново-­Станционного Галина Апостолаки каждое утро гадает, доберется ли до работы. Выбор небогатый: трамвай № 1, который может внезапно встать, или северские маршрутки 442/443, где пассажиров делят на «своих» и «чужих». Раньше ходил 31-й автобус, но его ликвидировали как дублирующий.

    «Когда перекраивали сеть, я писала везде, – рассказывает Галина. – Просила запустить петелькой 12-й или 32-й, чтобы уехать хотя бы до вокзала. Но нет».

    С тех пор стало только хуже. Когда встает трамвай, район парализует. Маршрутки приходят раз в 20 минут, в час пик проезжают мимо – салоны забиты. Идти через пути на станцию Товарную для пенсионеров и мам с колясками непозволительно.

    «Идеально было бы пустить к нам трамвай, “пятерку”, – вздыхает Галина. – Но в ТТУ говорят, что подвижного состава не хватает. Я иногда ухожу на конечную “Черемошники” (это предыдущая остановка), чтобы с комфортом сесть. Но и там по 25 человек собирается».

    Проблема станет катастрофой через год: на Ялтинской, в том же трамвайном тупике, строят две высотки. Транспорт к новостройкам добавлять не собираются.

    А навесы на остановках убрали при ремонте Подгорной и не вернули. «Стоишь как тополь, обдуваемый ветрами», – разводит руками Галина.

    Жители Копылова существуют в условиях транспортной блокады. Автобус № 131 должен ходить каждые полчаса, но расписание летит в тартарары – рейсы снимают без предупреждения.

    Местный соцработник Надежда Казакова создала инициативную группу: шесть матерей с детьми-­инвалидами (возят ребят на реабилитацию и в школы), родители, чьи дети учатся в Светлом, пенсионеры, которым нужно в поликлинику или областную больницу. Все они стали заложниками расписания, которое существует только на бумаге.

Но проблема шире.

    «Конечно, хочется активной жизни, – говорит Надежда. – ­Ездить на выставки, концерты, спек­такли. Но люди боятся уехать и не вернуться. Вдруг автобус отменят?»

    Этот парализующий страх – главная характеристика коллапса. Люди перестают планировать жизнь за поселком. Не ездят в гости, не ходят в театры – нет гарантии, что вернешься.

    Обращения к чиновникам дали минимальный результат: перевозчик начал хотя бы предупреждать об отменах. Но проблему это не решает.

    В Росинке (Октябрьский район Томска) ситуация доведена до абсурда. Единственный маршрут – 53-й, но заходит сюда только каждый третий рейс. Раньше автобус ходил раз в полчаса, и жить можно было.

    С 1 ноября прошлого года все «сломалось».

    «С введением новой схемы отменили подвозные рейсы, – рассказывает пенсионерка Валентина Богданова. – Сейчас автобус приходит примерно раз в час. Расписание постоянно нарушается».

Эта непредсказуемость выматывает.

    «Мы относимся ко второй медсанчасти. Прямого сообщения нет, приходится ехать с пересадками и выезжать часа за два до назначенного времени», – объясняет она.

    Внучка Валентины приезжает в школу почти за час до занятий – если сядет в следующий автобус, опоздает.

    Жители писали в прокуратуру и мэрию. Просили сделать конечную 53-го в Росинке. Ответ изумил. Объяснили: «По контракту конечная может быть в поселке, но это на выбор перевозчика. Мэрия посодействовать не захотела, предоставила нам, наверное, самостоятельно договариваться».

    Власть официально переложила проблему на плечи жителей.

Дороже, хуже, реже: новая схема и старые грабли

    Как отмечают жители Томска и его ближайших окрестностей, ситуация резко обострилась после 1 ноября, когда в городе запустили новую маршрутную схему. Эта «оптимизация» для многих жителей стала приговором. И на фоне такого коллапса стоимость проезда за год повышалась дважды.

    С 1 марта 2026 года проезд в автобусах достиг 40 рублей при оплате наличными. Чиновники объясняют это «экономической обоснованностью» и в качестве утешительной пилюли напоминают: даже после повышения тарифы в Томске остаются «одними из самых низких в СФО».

    Томичи готовы платить больше, но взамен они ждут улучшения качества перевозок. Пока же жители не видят ничего, кроме падающего сервиса. Старые автобусы, грязь, отсутствие кондукторов и дикая давка стали новой нормой. Люди создают чат-боты, рабочие группы, пишут десятки обращений в прокуратуру и органы власти, но воз и ныне там.

    В чем же причина затяжного кризиса, если любой район города – от Черемошников до ОКБ – провалился в одну и ту же воронку? Давайте разбираться.

Двойная схема – двойной провал

    Главная проблема – разорванная система управления. В Томске есть два вида маршрутов: городские (за них отвечает мэрия) и межмуниципальные (областные). Формально они ездят по одним улицам, но живут по разным законам и контрактам. Они дублируют, пересекаются и конкурируют друг с другом, вместо того чтобы работать как единый механизм.

    Любой житель города не раз наблюдал эту картину: битком набитые пазики устраивают гонки на дорогах. Водители в борьбе за пассажира нарушают правила, подрезают друг друга, ругаются, доходило и до драк. Это не транспортная работа, а гладиаторские бои, где проигравший остается без выручки, а выигравший увозит людей в переполненном салоне с нарушением всех норм безопасности.

Депутат Законодательной Думы Томской области от СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ Татьяна Славкина вскрыла механизм, который открывает лазейки для мошеннических схем.

    Все началось с жалоб из Копылово на 131-й маршрут и городской 13/14. Люди писали: автобусов нет, расписание срывается, рейсы отменяют. Славкина сама проехала этими маршрутами и выяснила: перевозчик, выигравший конкурс на городской маршрут, просто не имел для него автобусов. Он победил с теми же машинами, которыми обслуживал межмуниципальный № 131. Одни и те же автобусы числились в двух контрактах одновременно

    «Нужно ли объяснять, что происходит дальше? – обратилась Славкина к губернатору. – 21 автобус регулярно снимается с межмуниципального рейса, чтобы перекрыть “дыры” на городских маршрутах».

    Мэр оперативно отреагировал на обращение депутата, контракт расторгли, провели новые торги. Сейчас автобусы на линии хотя бы есть. Но осадочек остался.

    Славкина предложила системные меры: проверки ГЛОНАСС, рейды, прокурорские расследования и создание единой рабочей группы. Однако признает: «Это процесс не быстрый, на улучшении качества транспорта пока никак не отразился. Но мы продолжаем работу».

Выход очевиден: единая маршрутная сеть, которая учитывала бы и городские, и областные потоки, убирала бы дублирование и распределяла нагрузку равномерно.

    Городская власть эту идею областной предлагала. В обл­администрации вроде бы даже соглашались – кивали, обещали подумать, создать рабочую группу.

    Но дальше кивков дело не пошло.

    Специалисты в областном департаменте транспорта сменяют друг друга чаще, чем автобусы на томских маршрутах. Каждый новый начальник приходит, обещает разобраться, вникает в проблему – и либо уходит в отпуск с последующим увольнением, либо просто пересаживается в другое кресло. В текучке кадров и бесконечных согласованиях идея единой сети благополучно скончалась.

Системные ошибки

    Однако не только конкуренция с дублирующими межмуниципальными маршрутами стала причиной деградации городских перевозок. Депутат Думы Томска от СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ Константин Ушаков смотрит в корень проблемы: кризис был запрограммирован годами бездумных решений. По его мнению, власти уничтожили рынок, но так и не создали систему.

    «Для развития и инвестиций бизнесу нужны понятные правила игры, причем игры вдолгую. А у нас взяли курс на краткосрочные годовые контракты, при этом условия конкурса перевозчики узнают буквально за 10 дней до его старта, – констатирует Ушаков. – Государственные лизинговые программы на покупку новых автобусов к этому моменту уже закрываются. Зачем бизнесу вкладываться в обновление, если он не понимает стратегии города на завтра?»

    Это привело к тому, что предприниматели начали уходить с рынка. К моменту разработки новой маршрутной схемы их осталось ровно столько, чтобы по минимуму «затыкать дыры». Город утверждал схему уже с учетом суровой реальности: нет достаточного автопарка, нет водителей. В результате схема не удовлетворяет потребности жителей и едва позволяет бизнесу заработать на существование.

    В мэрии признают: если идти на жесткие меры и расторгать контракт с недобросовестным перевозчиком, на замену встать некому.

    Это тупик. Муниципалитет сегодня оперативно реагирует на жалобы, но в режиме ручного управления можно лишь временно снимать остроту, а не менять систему. Недобросовестный перевозчик знает: он может делать что угодно – его не уберут, потому что альтернативы нет.

Транспортный тупик: выхода нет?

    «Годами областной власти не было дела до томского транспорта, – резюмирует лидер томских справедливороссов Галина Немцева. – Решения принимались в политической плоскости и, подозреваю, с лоббистским уклоном».

    Сегодня ситуа­ция парадоксальна. Муниципалитет при всех ошибках справляется с кризисом лучше области. История с маршрутом 13/14 показательная: мэрия расторгла контракт с нерадивым перевозчиком – люди хотя бы видят автобусы. С межмуниципальными – полный провал. Там расписание существует только на бумаге.

    Единственное, что переломило бы ситуацию, – агломерация. Объединение городских и областных маршрутов в единую сеть убрало бы дублирование, гонки за рублем и транспортную изоляцию окраин. У области возможность взять эти полномочия появится в 2027 году.

    Но этого не случится, уверена Немцева. Решить проблему можно только через крупного иногороднего перевозчика на брутто-контрактах. А бюджет пуст.

    В Перми переход на брутто-­контракты обошелся казне примерно в два миллиарда рублей ежегодных вливаний, приводит пример депутат. У Томской области таких денег нет. В регионе уже есть дорогие игрушки, например мусоросортировочный комплекс. Транспортную реформу бюджет не потянет.

Перспективы, по мнению Галины Немцевой, и печальны, и оптимистичны одновременно:

    «В областной администрации сегодня нет специалистов, способных навести порядок в транспортном хаосе. Проблема давно требует простых управленческих решений, но большинство в окружении губернатора на это неспособно. Мы надолго останемся в кризисе. Пока к управлению не придут грамотные люди, ничего не изменится. Поэтому так важно, чтобы власть услышала голос каждого томича!»