Россия по числу больниц откатилась к показателям 1932 года. По количеству коек — к уровню РСФСР 1960-го. При сохранении нынешних темпов сокращения через несколько лет мы можем вернуться к показателям Российской Империи 1913 года. И это не гипербола, а простая арифметика. Партия СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ потребовала от министра здравоохранения Михаила Мурашко немедленно приостановить оптимизацию, пока медицинская система на селе не исчезла окончательно.

С 2000 года в России закрывается в среднем 353 больницы в год. За эти годы сельских больниц стало в разы меньше. Фельдшерско-акушерские пункты исчезают тысячами. Станций скорой помощи за десять лет стало меньше на пятую часть. Врачей и медсестер на 10 тысяч населения — все меньше, несмотря на все программы привлечения кадров.

Галина Немцева, депутат Законодательной Думы Томской области от СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ, говорит прямо: это не оптимизация, а ликвидация здравоохранения.

— Выезжаю в район, общаюсь с людьми. Бабушка жалуется на давление, сердце. Раньше был ФАП в соседней деревне — пять километров. Закрыли. Теперь ездит в районный центр — сорок километров. Автобус ездит даже не каждый день. Добралась — а терапевта нет, уволился. Принимает фельдшер, который остался один на полрайона. Кардиолога нет вообще, — рассказывает Немцева. — Я спрашиваю: «А если инфаркт?» Ответ: «Скорая из райцентра — час, если дорогу размыло, то не доедет». И это не единичный случай, это система по всей стране.

Эксперты уже не первый год бьют тревогу: если ничего не менять, через пять-шесть лет больничная сеть России вернется к уровню столетней давности. Мы покорили космос, запустили атом, победили чуму и оспу — и возвращаемся к тому, с чего начинали.

— Мы не просим строить в каждой деревне многопрофильный центр. Мы просим остановить разрушение того, что еще осталось, — говорит Немцева. — ФАП, который работает, — не закрывать. Врача, который еще держится, — удержать. Оптимизация идет по принципу «спишем убытки»: закрыли больницу — сэкономили на отоплении и зарплате. А что с людьми — никого не волнует. Но когда бабушка умирает от сердечного приступа, потому что скорая не доехала сорок километров по грунтовке, экономия превращается в преступление.

Президент сам признавал, что региональные власти «перестарались» с закрытием больниц. Но воз и ныне там. В Псковской области, Чувашии, в сибирских селах люди выходят на митинги, перекрывают дороги. Но их не слышат в Министерстве здравоохранения, оптимизация продолжается.